Лекция 9. Политический режим современной России

9.1. Соотношение политической системы и политического режима в современной России

Современная российская политическая система определяется Конституцией 1993 г. Несмотря на наличие в Основном Законе страны положений, дающих право характеризовать ее как демократическую, в реальной действительности политическая система России во многом не отвечает общепринятым критериям демократии, важнейшие из которых - репрезентативность (представительность) власти, ее ответственность перед обществом, наличие действенного общественного контроля за властью. Ана­литики характеризуют эту систему терминами «автори­тарная демократия», «режимная система», связывая ее воз­никновение со слабостью государства и незрелостью граж­данского общества.

В рамках российской политической системы уживаются как демократические, так и недемократические методы осуществления власти, что позволяет говорить об амбивалентности (двойственности) современного политического режима. Российский политолог Ю.Красин акцентирует внимание на том, что политическая система нынешней России представляет собой «странный антиномичный симбиоз демократии и авторитаризма, ограничивающий возможности демократического развития и затрудняющий политическое самоопределение страны».[1]

Вполне очевидно, что этот режим не может быть описан только с помощью характеристик «авторитаризм» и «демократия». По мнению одного из реформаторов перестроечной волны А.Яковлева, проблема России заключается в том, что она «находится в состоянии давнего противоборства двух основных тенденций – либерализма и авторитаризма, определяющих на самом деле будущее России».[2]

Особенностью современного развития России является возникновение режима, для которого интересы государства и общества не совпадают. Это означает, что общественная власть на этом этапе не имеет эффективной политической структуры. Такой режим политологи называют гибридным или переходным. Обладая признаками демократии, он еще не является демократическим.

Для гибридного режима присуще пе­реплетение взаимоисключающих принципов жизнедеятельности. Как отмечает российский политолог Лилия Шевцова, с одной стороны, мы видим персонификацию и нерасчлененность власти, которую она ассоциирует с исторически сложившейся «русской системой». С другой стороны, персонифицированная власть формируется и легитимируется демокра­тическим способом, так как все остальные способы ее легитимации оказались ис­торически исчерпаны. Такая власть, раз­рываемая изнутри несовместимыми на­чалами, резюмирует Л.Шевцова, генетически нестабильна и в це­лях выживания должна постоянно пере­текать из одного режима в другой, не меняя при этом своей сущности. Вместе с тем неразвитость демократических ин­ститутов в России неминуемо ведет к разочарованию в них и появлению в об­ществе тяги к «сильной руке» и к на­деждам, что авторитарный лидер гаран­тирует стабильность и порядок.[3]

Чем более институционализирована политическая система, тем более упорядочено государство, которое угрожает гибридному, относительно автономному режиму. В постсоветской России политическая интеграция происходила на уровне режима, а не на уровне политической системы. В то время, как политическая система регулируется конституционными нормами, законами, судебными решениями, режим действует в зависимости от личных связей, покровительства и попыток сохранить свою автономию. Поэтому создание политических институтов не сопровождалось институционализацией политических процессов.

Корнями постсоветского политического режима являются, с точки зрения исследователей, особенности российской политической культуры – патернализм, этатизм и т. д. Консерватизм любой устоявшейся системы настолько велик, что преодолеть его крайне трудно, поэтому результат борьбы не известен. Так, отечественный политолог В.Гуторов полагает, что «трагизм политической, социальной и духовной жизни современной России состоит, прежде всего, в том, что, декларативно порвав с коммунистической системой, она пока не способна ни избавиться от традиций своего недавнего прошлого, ни обрести новых».[4] Аналогичной точки зрения придерживается А.Соловьев: «Россия, как никакая другая страна, демонстрирует приверженность «сквозной» логике властвования, и на смену недолгим периодам «оттепелей», «перестроек» и «демократизаций» неизменно приходит откат к патерналистско-авторитарной модели».[5]

В России общество и власть идеологически сориентированы в разных направлениях. Такое расхождение сложилось исторически, под влиянием опыта существования в имперском и постимперском политическом пространстве. Российская история свидетельствует о том, что процесс формирования государственности из разнородных в политическом, культурном, этническом и конфессиональном отношениях элементов подразумевал преобладание в политической культуре взгляда на единство государства как на упрочение властной вертикали. Только при такой структуре верховная власть могла доминировать, не вторгаясь в сферу региональной, экономической, культурной и правовой специфики. Следует также отметить негативное отношение общества к навязыванию идеологию, что явилось следствием коммунистического правления. В данном контексте современный политический режим в России, по мнению Н.Шестова, «антикоммунистичен постольку, поскольку либерально-демократичен».[6]

Примерно до середины 1990-х гг. господствующей тенденцией было движение страны в направлении представительной демократии. Конкретными проявлениями такой политики явилась высокая политическая активность граждан, формирование легальной оппозиции, децентрализация власти, становление системы выборов. Однако, эти достоинства, по выражению О.Смолина, превратились в собственную противоположность: демократизм – в популизм, антибюрократизм – в непрофессионализм, децентрализация – в «парад суверенитетов».[7]

Решительным шагом на пути к демократии является переход к выборной системе формирования власти. Свободные альтернативные выборы сохраняют потенциал для превращения российской демократии из режимной в реальную. Голоса избирателей являются важнейшим ресурсом режимной системы. В сегодняшней России ни один политик не может построить или завоевать власть без использования голосов в качестве ресурса. Если бы существовал политический потенциал авторитарного ресурса, им бы, несомненно, воспользовались.

В то же время современная политическая практика создает институты, которые формально являются демократическими, но не несут ответственности перед обществом. Так, политические партии, в основном, осуществляют связи с элитой и мобилизуют идеологические и политические ресурсы на межэлитную борьбу. Экономика в России развивается по рыночным законам в отсутствии эффективно функционирующей рыночной системы, поэтому предприниматели стремятся использовать существующие законы для обретения независимости от бюрократии в целях защиты своих личных и имущественных прав. Средний класс по мере своего развития также будет стремиться обеспечить свои имущественные права и личные свободы в системе законов. В результате укрепления законности режимная система постепенно уступает место демократическому режиму. Для его установления необходимо, чтобы противостояние оппонентов завершилось добровольным принятием всеми сторонами демократических норм и ценностей и согласием институционализировать свои интересы в рамках новой политической системы. Вместе с тем институты демократии (парламент, суды, местное самоуправление) сохраняют способность независимого функционирования и являются фундаментом перехода к демократическому режиму.

Политический психолог Е.Шестопал утверждает, что «ценности демократии усваиваются россиянами ровно в той степени, в какой они соответствуют нашей культуре. Ценности, которые нам органичны, принимаются, а чуждые по духу – отбрасываются. Происходит своего рода естественный отбор элементов демократии, предлагаемых населением властью. … Мы видим сегодня очень серьезный авторитарный запрос со стороны населения…»[8]

9.2. Политический режим Б.Ельцина

По выражению одного из российских политиков, Россия времен Б.Ельцина представляла собой причудливую смесь авторитаризма на региональном и демократии на федеральном уровнях.[9]

Большинство политологов и политиков согласны с тем, что политический режим при первом Президенте России не был диктаторским, но в то же время демократическим его назвать сложно. Этот режим определяли по-разному: «авторитарная демократия» (В.Рукавишников), «полудемократия» (Л.Гордон), «российский гибрид» (Л.Шевцова), «фасадная демократия» (Д.Фурман), «электорально-клановый» или «клановая демократия» (А.Лукин) и т. д.

Политическую систему, сложившуюся при Б.Ельцине, некоторые политологи назвали «режимно-государственной», при которой в центре режима находился президент с большим объемом полномочий. Результатом такой политической практики явилось ослабление государства, не способного утвердить принципы конституциональной независимости политической системы от существующего режима.

Политическая власть, осуществляемая в России в 1990-е гг., не использовала методы традиционного авторитаризма, а имеющий место политический режим не мог себя изолировать от некоторых черт современной либеральной демократической политики таких, как критика со стороны СМИ, парламентский надзор, а также выборов. В то же время политика 1990-х гг. основывалась на классических постулатах либеральной демократии и рыночной экономики, поэтому имела двойственный характер: в ней уживалось отсталое командное управление старого типа, бюрократическое регулирование экономики и передовая политика, направленная на подлинное разделение властей, отделение политики от экономики, подчинение политики закону и свободные выборы. Не препятствуя дальнейшему развитию демократии, власть в радикально новых формах воспроизводила практику прошлого. Рождающаяся новая общественно-политическая реальность несла в себе сложный сплав частично преодоленных, а частично преобразованных традиций прошлого. Эти особенности, как считает Д.Ростоу[10], характеризуют неизбежный переходный период, подготовительную фазу перехода к демократии, так как для становления действительного демократического режима важна не просто политизация, сопровождающаяся конфликтами, а действительная поляризация и борьба активных политических сил: только тогда стороны смогут заключить пакт, обеспечивающий дальнейшее разрешение конфликтов в обществе согласительными методами.

Политический режим, установленный при Б.Ельцине, имел двоякую направленность: с одной стороны, стремление к демократии, международной интеграции (вступление в Совет Европы в 1996 г.), менее бюрократизированной и подлинно рыночной экономике; с другой стороны, он унаследовал, продолжил и даже развил многие черты прошлого.

Конституция 1993 г., закрепив власть Б.Ельцина, установила, по выражению О.Смолина, «демократический по форме, но авторитарный по содержанию политический режим».[11] Так, осуществление власти в современной России в 1990-х гг. было связано с рядом особенностей, входящих в противоречие с конституционными положениями.

Среди основных следует выделить следующие особенности:

- гипертрофия властных прерогатив президента за счет ограничения полномочий других институтов;

- номинальность разделения властей - законодательной и исполнительной, центральной и региональной, приводящая к их политической борьбе за влияние на политические, экономические, социальные и иные ресурсы власти;

- неэффективность государства как основного социаль­ного института, непосредственно управляющего об­ществом, его неспособность обеспечить консенсус по основополагающим вопросам общественной жизни, решить проблемы бедности;

- сочетание форм авторитарно-олигархического прав­ления с элементами демократической процедуры, в частности с выборами и многопартийностью;

- фактическая подконтрольность правительства толь­ко президенту и его полная зависимость от политиче­ской конъюнктуры, а не результатов деятельности, в результате чего происходила кадровая чехарда порой без соотношения с качеством работы правительства;

- множественность режимов (частичное соблюдение демократических процедур на федеральном уровне и авторитаризм в ряде регионов);

- концентрация власти в руках узкого круга лиц из номенклатуры и крупных собствен­ников, разбогатевших нелегитимными методами, что приводило к использованию криминальных мето­дов государственно-управленческой и хозяйственной деятельности;

- значительная укорененность неформальных властных отношений, формирование элитарного корпоративиз­ма вместо плюралистической демократии;

- малочисленность и организационная слабость партий, лишенных социальной базы и неспособных эффективно выпол­нять основную функцию - посредника между властью и обществом;

- широкие масштабы лоббистской деятельности, нере­гулируемой законодательными актами и неподконт­рольной обществу;

- неразвитость системы местного самоуправления, за­висимого от региональных элит;

- отсутствие в обществе единой идейно-ценностной и нормативной сис­тем, которые позволяли бы гражданам ориентировать свое поведение.

Сложившийся общественный порядок имеет глубокие корни в оте­чественной институциональной и политико-культурной традиции моносубъективности власти, то есть сосредото­чении властных ресурсов в одном персонифицированном институте при сугубо административных функциях всех других институтов.

Существующая конфигурация политической власти соз­дает специфическую ситуацию, при которой легитимируе­мые всенародным голосованием институты государства (пре­зидент и Дума), участвуя в формировании исполнительной власти, реально никакой ответственности за ее деятель­ность не несут. Правительство, назначаемое президентом и только ему подотчетное, в любой момент может быть отправлено в отставку по соображениям политической целе­сообразности или вследствие «подковерной» борьбы.

Поскольку ни парламентское большинство, ни парла­ментские коалиции не обладают правом формировать пра­вительство, борьба партий на выборах и сами выборы ли­шены того смысла, которым они наделены в демократи­ческих государствах. Победа партии на выборах не дает ей возможности проводить курс, заявленный в программе, а статус Государственной Думы не позволяет эффективно контролировать исполнительную власть. В связи с тем, что ни одна партия не в состоянии реализовать свою предвыборную програм­му, граждане утрачивают главный стимул для участия в из­бирательных компаниях.

В 1990-е гг. у политической власти отсутствие долговременной стратегии развития сочеталось с обилием разного рода федеральных программ, слабо увязанных между собой и финансово не­обеспеченных. При отсутствии массового гражданского самосознания, фрагментарности общества и его отчужденности от власти правящая элита выработала определенный механизм под­держания относительной стабильности внутри себя и об­щества в целом. В этот механизм были встроены парламентские партии, включая КПРФ, претендующую на роль вырази­теля протестных настроений населения. Став элементом политического режима, они, однако, не являлись реаль­ным противовесом корпоративным группам правящей эли­ты.

Неспособность партий выполнять функцию защиты груп­повых интересов, рост влияния корпораций и масштабов их лоббистской деятельности, распространение коррупции при пассивности и разобщенности населения создавало реаль­ную перспективу формирования клиентарного[12] общества вместо общества гражданского.

9.3. Политический режим В.Путина

Новый политический режим, связанный с именем нового президента, стал формироваться после президентских выборов 2000 г. Но еще до выборов стал проявляться политический стиль нового лидера, который в значительной степени определил методы и способы осуществления власти. Как пишет В.Согрин, «Путин с момента вступления в президентскую должность… и своим внешним видом, и своим поведением демонстрировал политическую независимость и надпартийность, настойчиво утверждая стиль просвещенного авторитаризма. Авторитаризм проявлялся в демонстрации политической воли и определяющей роли нового лидера в выдвижении и одобрении всех сколько-нибудь значимых государственных решений, просвещенный же характер авторитаризма усматривался в желании соединить вождизм и государственничество с либерализмом, твердом неприятии реставрационных идей».[13]

В условиях, когда общество оказалось социально и идеологически расколотым, в качестве основы государственной политики В.Путиным был избран принцип «социального контракта» - консолидации государства, бизнеса и общества, который позволял ему, с одной стороны, не отказываться от социальных обязательств перед гражданами, с другой стороны, - от постулатов либеральной идеологии. Таким общественным компромиссом явилась реформа государственных символов.

Как прагматичный политик, В.Путин демонстрирует готовность к диалогу с представителями всех политических сил, включая оппозиционные. Принцип равноудаленности он использует также в экономической и в конфессиональной сферах.

Подтверждая приверженность демократической направленности преобразований, В.Путин в то же самое время демонстрировал решительность при нейтрализации влияния на власть тех олигархов, которые финансировали и контролировали СМИ, развязавшие против президента пиар-кампанию. Эти события породили беспокойство по поводу положения независимых средств массовой информации в России.

Экономическая программа В.Путина – сделать Россию совместимой с мировым хозяйством, создать общепринятую в мире экономическую среду, обеспечив при этом приток необходимых внутренних и внешних инвестиций. Характеризуя механизм осуществления современной власти в различных сферах, А.Яковлев констатировал: «экономика либеральная, политика авторитарная».[14]

В ежегодных Посланиях Федеральному Собранию Президент России акцентирует внимание на создании условий для высокого уровня жизни в стране, «жизни безопасной, свободной и комфортной», которая возможна только при зрелой демократии и развитом гражданском обществе.[15] Стремление соответствовать «гуманистическим ценностям, широким возможностям личного и коллективного успеха, выстраданным стандартам цивилизации» является, с точки зрения президента, приоритетной задачей России, как страны европейской цивилизации.[16]

Однако, ряд политологов отмечают несоответствие между официально заявляемыми целями политических преобразований и реальной политической практикой. Так, М.Урнов заявляет о расхождении «между декларируемыми намерениями  создать систему устойчивой представительной демократии и постепенным свертыванием на практике начавших было формироваться важнейших элементов представительной демократии – ростков публичной политической конкуренции, осуществляемой по прозрачным и стабильным правилам».[17]

Л.Шевцова считает, что произошел переход от выборного самодер­жавия при Б.Ельцине к бюрократически-авторитарному режиму, сформированному В.Путиным. Известный отечественный политолог называет бюрократически-авторитарным правление, при котором власть сосредоточе­на в руках лидера и осуществляется при опо­ре на бюрократию и силовые структуры. Не­редко подобные режимы включают в себя и либералов-технократов, которые придают им импульс развития. Но эти режимы неста­бильны и рано или поздно встают перед ди­леммой: либо двигаться в сторону демокра­тии, либо жесткой диктатуры.[18] С формированием бюрократически-авторитарного режима, полагает Л.Шевцова, «пространство для укрепления демократического вектора в России катастрофически сжалось. Есть основания опасаться, что в случае эко­номического и социального кризиса во­зобладает именно национал-популистский рецепт решения российских про­блем».[19]

Неверие в торжество демократии высказывает и В.Ачкасов: «Постепенно демократия превращается в России в конвенциональную ценность, олицетворяющую «все то хорошее», что есть «у них» на Западе, и вряд ли возможно у нас…».[20]

Некоторыми политологами стал использоваться  термин «управляемая демократия» для характеристики современного политического режима. Данный термин - это косвенный индикатор происходящего. Между тем, существуют и прямые признаки отхода нынешней политической системы России от базовых принципов конкурентной политики. Так, практически консенсусно российским политологическим сообществом признаются в качестве таковых следующие признаки:

- резкое ослабление политического влияния региональных элит и боль­шого бизнеса;

- установление прямого или косвенного государственного контроля над главными телеканалами страны;

- постоянно нарастающее по масштабам использование «административного ресурса» на выборах регионального и федерального уровней;

- фактическая ликвидация системы разделения властей;

- формирование непубличного стиля политического поведения.[21]

Важной вехой в формировании современного политического режима стали парламентские выборы 2003 г., в результате которых, по выражению А.Яковлева, «исчезла альтернативность, а вместе с ней и реальный парламентаризм, поскольку демократия без оппозиции не бывает».[22]

Получив конституционное большинство в Государственной Думе, политическая партия «Единая Россия», заявившая о полной поддержке политики действующего президента, имеет неограниченные возможности для осуществления политических и экономических реформ, изменения политической системы общества, что и было продемонстрировано в конце 2004 г. путем принятия федерального закона, изменяющего порядок избрания глав исполнительной власти субъектов федерации. Увеличение проходного барьера для политических партий с пяти до семи процентов также трудно назвать демократической мерой.

«…Усилив свой контроль над государством, - констатирует Л.Шевцова, - Путин и только он будет от­ветствен за Россию. Он уже никого не сможет обвинить в своих неудачах. Между тем, чем выше ответственность, тем сильнее угроза утратить доверие и поддержку общества в случае провалов и ошибок. Попытавшись переложить от­ветственность на правительство и парла­мент, лидер будет лишь подрывать соб­ственный режим, коль скоро все инсти­туты являются откровенным продолже­нием исполнительной власти».[23]

Своеобразие политического режима действующего президента позволило ряду исследователей охарактеризовать его «путинским». А В.Никонов ввел термин «путинизм», под которым он понимает нынешний российский режим и идеологию президента.[24]

Некоторые исследователи считают, что действия президента обусловлены потребностями и ожиданиями общества. Так, Е.Шестопал утверждает, что «сегодня власть делает то, чего хочет общество». [25] Общество же не готово к политической демократии, так как, утверждает В.Пастухов, «сначала в народе воспитывается ответственность и привычка жить по закону, и только потом государство переводится на рельсы политической свободы, а не наоборот».[26]

Устойчивость и стабильность режима во многом зависят от эффективности государственного управления. Инициируя проведение административной реформы, правящий режим пытается сформировать системные очертания механизма принятия решений за счет изменения характера и стиля деятельности административных структур. Однако, как отмечает А.Соловьев, особую настороженность вызывает тот факт, что большинство действий режима нацелено на усечение прав населения, резкое повышение контроля над его политической активностью и, тем самым, на вытеснение с политического рынка всех сколько-нибудь значимых форм политического протеста.

Стремление режима управлять политическими контактами с бизнесом, солировать на партийном и медийном рынках, контролировать гражданские структуры и т.д. свидетельствует о том, что он пытается подменить собственной активностью активность всех своих политических партнеров. В результате вполне естественный процесс политизации государственного управления трансформируется в процесс управления политикой с сопутствующим ему перехватом представительских функций у населения и бизнеса, пренебрежением мнений гражданских контрагентов и торможением политической активности общества.

Поскольку складывающаяся на наших глазах система управления несовместима с демократической формой организации политической власти, и в обществе, и в системе управления возникают и углубляются разнообразные разломы и противоречия, создаются узлы напряжения. В итоге режим «управляемой демократии» начинает трансформироваться в чисто «административный», что чревато тяжелыми последствиями для самой власти.

Выход из сложившейся ситуации А.Соловьев видит не в активизации задавленного административным гнетом гражданского общества, а в плюрализации элит, структурном и социальном «разжижении» корпорации властвующих и управляющих, т.к. повышенная сплоченность правящих кругов – самое страшное для общества.[27]

В предвыборной борьбе 2003 г. именно на борьбе с бюрократией акцентировали внимание правые, но народ им не поверил – с российской бюрократией пока еще никто не смог справиться. Поэтому граждане России проголосовали за тех самых административных работников, которые и должны в соответствии со своими обязанностями обеспечить ускоренное продвижение реформ. Именно эту партию поддерживает президент, а с именем президента народ связывает наступившую стабильность и улучшение жизни. Именно он сможет справиться с бюрократией, заставит двигаться заржавевший механизм государственного управления, сможет перераспределить богатства страны в пользу народа, а не отдельных олигархов. И народ прав, потому что в соответствии с Конституцией России именно президент обладает наибольшим объемом властных полномочий, достаточным для приведения в порядок государственного хозяйства.

В противовес пессимистичным прогнозам ряда политологов в отношении демократического развития страны президентская команда, напротив, заявляет о возвращении реального смысла слова «демократия» всем демократическим институтам, которое стало возможным благодаря проводимой политике. Суть таких заявлений заключается в том, что деятельность президента пользуется поддержкой большинства населения, то есть реализуется главный принцип демократического общества. Высокий рейтинг президента свидетельствует о такой поддержке и о доверии к его политике со стороны граждан.

«Сочетание либеральной экономики, жесткой власти, открытой, независимой внешней политики характерно для консерватизма в его голлистской разновидности»[28], - считает В.Никонов. Именно на этих столпах строил свою политику президент Франции Шарль де Голль, которая принесла ощутимые для страны результаты. Именно такой политике придерживается российский президент Владимир Путин. С одним лишь отличием: у России и Франции различный демократический опыт, несопоставимый как по временному интервалу, так и по качественным параметрам.

9.4. Недемократические тенденции в политическом режиме современной России

Обеспокоенность значительной части политологического сообщества авторитарными тенденциями в формировании политического режима в современной России вполне очевидна. Некоторые из этих тенденций субъективны, а некоторые кроются в российском политическом менталитете и в недавней советской политической практике.

В современной России еще сохранились некоторые тоталитарные традиции, имеющие свою специфику. В этой связи принципиальное значение имеет тот момент, что в России промышленная революция была осуществлена за счет превраще­ния всей массы населения в наемных рабочих государства и то­тальной экономии на оплате труда. Эта экономия, или сверхэкс­плуатация, привела к деградации рабочей силы и развитию ее теневого довоспроизводства. В результате качество и количество труда перестали соответствовать потребностям индустриально-информационных технологий.

Сложность реформирования тоталитарной организации в Рос­сии заключается в том, что для ее осуществления необходимо значительно поднять уровень оплаты труда наемной рабочей силы, для чего нужны обширные капиталовло­жения. В то же время для повышения эффективности экономики также необходимы значительные дополнительные инвестиции. Повысить уровень инвестирования экономики для ее модернизации и одно­временно повысить оплату труда всей массе наемных работников без больших иностранных капиталовложений невозможно. Поэтому для реформируемой России требуется новая и мощная система мобилизации наемного персонала, который должен ра­ботать лучше, чем при социализме, за значительно меньше доре­форменной оплату труда.

Неустойчивость сложившейся ситуа­ции затрудняет процессы демократизации России и создает условия для усиле­ния в стране авторитаризма.

Авторитар­ность заложена в традициях российского общества. В современ­ных условиях тоска по «сильной руке» усиливается ходом и на­правленностью реформ, за которые подавляющему большинству населения приходится платить слишком большую цену. В резуль­тате реформ образовался в стране огромный разрыв между бога­тыми и бедными, что при отсутствии стабилизирующего «средне­го класса» ведет к росту авторитарных настроений. По данным правительства в 2004 г. разница в доходах 10% самых богатых и 10% самых бедных людей в России составляла 14,1 раза, в 2005 г. – 14,8 раза. То есть наблюдается не сокращение, а увеличение разрыва, который становится опасным. В развитых государствах разрыв составляет 4-7 раз. Исследователи считают, что при разнице в доходах в 7 раз в социально-экономической сфере начинают происходить позитивные качественные изменения, свидетельствующие о необратимости перемен.

Проблема демократии не особенно актуальна в бедной стране, где люди больше думают о выживании, чем о соблюдении прав человека. Люди, привыкшие все необходимое получать от государства, не знают, что делать со свободой, которую им обещают правые партии. Еще Г.П.Федотов, говоря о выборе России в октябре 1917 года, отмечал, что русский народ предпочел свободе государственную мощь. «Сознательно или бессознательно он сделал свой выбор между национальным могуществом и свободой. Поэтому он несет ответственность за свою судьбу».[29]

Свобода, не подкрепленная материальной составляющей, которую должно обеспечить социальное государство, является обузой для человека. Для того, чтобы хорошо жить в условиях свободы, необходимо проявлять инициативу, повышать профессиональный уровень, не надеяться на помощь государства, а самому, по возможности, решать жизненные проблемы. Для этого необходима психологическая готовность личности, а также помощь со стороны государства, которое с помощью правовых норм должно обеспечить реализацию свободы гражданина в политической, экономической, социальной, культурной и других сферах. Соответствующим образом должны работать политические институты и бюрократия, которая в российских условиях является главным препятствием на пути становления демократических свобод.

Чувство неудовлетворенности в обществе объясняется не только неадекватным решением проблемы социальной справедливости, но и унижением чувства национального достоинства россиян, оскорбленного чувства патриотизма, которое всегда составляло фундамент духовной жизни России.

Усиление авторитарных тенденций в политическом режиме России обусловлены принятой в 1993 г. Конституцией, в которой перераспределение полномочий явно смещено в сторону испол­нительной власти, и особенно президента. Реальные рычаги воздействия на его политику у других ветвей власти серьезно ограничены.

Усилению авторитарных тенденций способствуют так же такие факторы, как:

- распространение терроризма;

- перманентный рост преступности;

- природные катаклизмы;

- этнорегиональные и конфессиональные конфликты;

- нестабильность ситуации внутри правящих элит;

- военные действия в Чечне.

Надо отметить, что тенденции к авторитаризму усиливаются, когда перед обществом стоят качественно новые задачи, требую­щие времени и большого напряжения всех социальных ресурсов.

Озабоченность по поводу российского авторитаризма А.Яковлев высказал следующим образом: «В силу многолетних традиций авторитарность в нашей стране перенасыщена психологией нетерпимости и догматизмом, не приемлющими перемен. Отсюда и тоска по Ленину, Сталину, Андропову, и возврат старого гимна, и новая цензура, и активность льстецов, и предложение восстановить памятник Дзержинскому, и обманчивые надежды на военных, способных, якобы, «навести порядок». Видимо у новой правящей элиты явно не хватает времени заглянуть в реальную историю страны».[30]

9.5. Демократические тенденции в политическом режиме современной России

С другой стороны, в современной России все отчетливее проявляются характерные черты де­мократии: строятся основы правовой государственности и созда­ются устои гражданского общества; власть на федеральном и местном уровнях выбираема и сменяема; действуют механизмы непосредственной демократии (референдумы), существует систе­ма разделения властей в государстве; гарантированы основные права человека, реально действует политическая оппозиция, в том числе и «непримиримая»; формально судебные органы независимы от исполнительных органов власти; отсутствует ведущая идеология; в экономике складывается свободный и конкурентный рынок при многообразии форм собственности; существуют независимые средства массовой информации и коммуникации.

В последние годы приняты законы, которые способствуют повышению значимости политических партий в политической жизни страны: выборы в Государственную Думу теперь проходят только по пропорциональной системе, а в законодательные органы субъектов федерации – по смешанной, причем не менее половины депутатов избираются по спискам политических партий; политическим партиям, победившим на выборах в региональный парламент, предоставляется право предлагать президенту кандидатуру для выдвижения на пост главы администрации субъекта федерации; с 2006 г. начала работать Общественная палата, одной из важнейших задач которой является проведение экспертизы наиболее значимых законопроектов в целях реализации интересов общества.

Для усиления в России демократических тенденций необходимо проведение реформ, имеющих положительный результат для большинства людей: реформы административно-государственного аппарата, создание условий для эффективного функционирования мелкого и среднего бизнеса, пенсионной реформы, реформы местного самоуправления, реформы здравоохранения и образования.

Ввиду неэффективности российской власти растет чис­ло сторонников внесения в Конституцию таких изменений, которые позволяли бы реформировать политическую сис­тему путем перераспределения полномочий в пользу Госу­дарственной Думы, правительства и премьера. Независи­мо от политических ориентаций многие из них выступают за предоставление парламентскому большинству права фор­мирования правительства и контроля за его деятельностью.

В отсутствие массового среднего класса, влиятельных самостоятельных партий и независимого от власти местного самоуправле­ния перспективы демократической трансформации автори­тарно-олигархической системы во многом зависят от двух факторов - от наличия в самой правящей элите влиятель­ных групп, заинтересованных в демократизации страны, и от воздействия такого нового феномена, как формирую­щееся «транснациональное гражданское общество». Инициированные в 2006 г. Президентом России национальные проекты в области образования, здравоохранения, развития агропромышленного комплекса и строительства доступного жилья призваны стабилизировать общественно-политическую ситуацию и оказать помощь гражданам в получении жизненно важных услуг.

Вектором развития политической власти в современной России в последние годы стала политика центризма. Независимо от ее идеологической направленности она способствует минимизации политических конфликтов, помогает использовать политический потенциал всего общества, поддерживать стабильные отношения между элитарными слоями и гражданами.

Следует также отметить, что здоровый государственный кон­серватизм, помноженный на гражданский консенсус, - это те ценности, приоритет которых для современной России безусло­вен в плане демократизации ее политического режима.

Для России является актуальным предупреждение, прозвучавшее от аргентинского политолога Гильермо О`Доннелла, относительно гибели демократии. Исследователь выделяет два вида такой гибели: внезапная и медленная. Внезапная смерть происходит вследствие гражданской войны, государственного переворота или какого-либо еще заметного события, которое сразу же привлекает внимание и указывает на точную дату гибели демократии. Но враги демократии действуют и более тонкими и безопасными методами, позволяющими покончить с ней медленно. Постепенно и незаметно происходит эрозия демократических свобод, гарантий и процессов. При этом нельзя указать точную дату, когда демократию следует объявить усопшей. Можно лишь заметить задним числом период постепенного удушения, когда при каждом затягивании петли демократические деятели как внутри страны, так и за рубежом раз за разом упускали шанс дать отпор, поскольку каждый шаг сам по себе не казался достаточно серьезным для полной мобилизации сил. Медленная смерть коварна: насилие и репрессии, сопровождающие ее, могут быть столь же крупными, как и в случае внезапной смерти, но при этом умирающая демократия способна прикрыться претензиями на сохраняющуюся внутреннюю и международную легитимность, из-за чего оказывается затруднительным предпринять соответствующие и своевременные внутренние и международные меры.[31]

Основные понятия: авторитаризм, бюрократически-авторитарный режим, гибридный режим, демократия, институционализация, клиентарное общество, методы осуществления власти, политическая система, политический режим, принцип «социального контракта», просвещенный авторитаризм, режимная система, «путинский» политический режим, «режимно-государственная» политическая система, «управляемая демократия».

Вопросы для самоконтроля:

1.        В чем заключается амбивалентность политического режима в современной России?

2.        Каковы характерные признаки гибридного или переходного политического режима?

3.        Как российская политическая культура влияет на политический режим?

4.        Как некоторые политологи называли политическую систему, сложившуюся при Б.Ельцине?

5.        Назовите особенности осуществления политической власти в 1990-е гг.

6.        Какой политический институт реально несет ответственность за деятельность исполнительной власти в современной России?

7.        Каковы особенности политического стиля В.Путина, охарактеризованного В.Согриным, как «просвещенный авторитаризм»?

8.        В чем заключается сущность принципа «социального контракта»?

9.        Как характеризует Л.Шевцова бюрократически-авторитарный режим?

10.    Какие признаки выделяют политологи для характеристики политического режима «управляемой демократии»?

11.    Как повлияли парламентские выборы 2003 г. на формирование политического режима в России?

12.    Как характеризует политический режим, сложившийся при В.Путине, российский политолог В.Никонов?

13.    Назовите основные социально-экономические причины, способствующие авторитарным тенденциям современного политического режима.

14.    Какие дополнительные факторы влияют на авторитарность власти?

15.    Назовите основные демократические тенденции в политическом режиме современной России?

Литература:

Гуторов В.А. Современная российская идеология как система и политическая реальность. Методологические аспекты // Полис. 2001. №3.

Красин Ю.А. Российская демократия: коридор возможностей // Полис. 2004. №6. С.125.

Никонов В. Путинизм // Современная российская политика: Курс лекций / Под ред. В.Никонова. М., 2003.

Политология в вопросах и ответах: Учебное пособие для вузов / Под ред. проф. Ю.Г.Волкова. М., 2001.

Саква Р. Режимная система и гражданское общество в России // Полис. 1997. №1.

Смолин О.Н. Политический процесс в современной России: учеб. пособие. М., 2006. С.197.

Согрин В.В. Политическая история современной России. 1982-2001: от Горбачева до Путина. М., 2001.

Соловьев А.И. Технологии администрирования: политические резонансы в системе власти современной России // Полис. 2004. №6. С.105.

Урнов М., Касамара В. Современная Россия: вызовы и ответы: Сборник материалов. М., 2005.

Шевцова Л.Ф. Смена Режима или Системы? // Полис. 2004. №1. С.47.

Шестопал Е.Б. Авторитарный запрос на демократию, или почему в России не растут апельсины // Полис. 2004. №1.

Яковлев А.Н. Реформация в России // Общественные науки и современность. 2005. №2. С.8.


 

[1] Красин Ю.А. Российская демократия: коридор возможностей // Полис. 2004. №6. С.125.

[2] Яковлев А.Н. Реформация в России // Общественные науки и современность. 2005. №2. С.8.

[3] Шевцова Л.Ф. Смена Режима или Системы? // Полис. 2004. №1. С.47.

[4] Гуторов В.А. Современная российская идеология как система и политическая реальность. Методологические аспекты // Полис. 2001. №3. С.80.

[5] Соловьев А.И. Технологии администрирования: политические резонансы в системе власти современной России // Полис. 2004. №6. С.105.

[6] Шестов Н.И. Идея единства страны и реформа российской политической системы // Полис. 2004. №6. С.112.

[7] Смолин О.Н. Политический процесс в современной России: учеб. пособие. М., 2006. С.197.

[8] Шестопал Е.Б. Авторитарный запрос на демократию, или почему в России не растут апельсины // Полис. 2004. №1. С.28.

[9] См.: Урнов М., Касамара В. Современная Россия: вызовы и ответы: Сборник материалов. М., 2005. С.27.

[10] Ростоу Д. Переходы к демократии: попытка динамической модели // Полис. 1996. №5. С.9.

[11] Смолин О.Н. Политический процесс в современной России: учеб. пособие. М., 2006. С.203-204.

[12] Клиентела – совокупность клиентов какого-либо патрона; форма социальной зависимости, близкая к рабству.

[13] Согрин В.В. Политическая история современной России. 1982-2001: от Горбачева до Путина. М., 2001. С.238.

[14] Яковлев А.Н. Реформация в России // Общественные науки и современность. 2005. №2. С.12.

[15] Послание Президента России Федеральному Собранию Российской Федерации. 26 мая 2004 г. // URL: http://www.kremlin.ru/appears/2004/05/64879.shtml

[16] Послание Президента России Федеральному Собранию Российской Федерации. 25 аперля 2005 г. // URL: http://www.kremlin.ru/appears/2005/04/25/1223_type63372type82634_87049.shtml

[17] Урнов М., Касамара В. Современная Россия: вызовы и ответы: Сборник материалов. М., 2005. С.26.

[18] Шевцова Л.Ф. Смена Режима или Системы? // Полис. 2004. №1. С.47.

[19] Там же. С.50.

[20] Ачкасов В.А. Россия как разрушающееся традиционное общество // Полис. 2001. №3. С.89.

[21] См.: Урнов М., Касамара В. Современная Россия: вызовы и ответы: Сборник материалов. М., 2005. С.26-27.

[22] Яковлев А.Н. Реформация в России // Общественные науки и современность. 2005. №2. С.11.

[23] Шевцова Л.Ф. Смена Режима или Системы? // Полис. 2004. №1. С.48.

[24] Никонов В. Путинизм // Современная российская политика: Курс лекций / Под ред. В.Никонова. М., 2003. С.29.

[25] Шестопал Е.Б. Авторитарный запрос на демократию, или почему в России не растут апельсины // Полис. 2004. №1. С.26.

[26] Пастухов В.Б. Третий срок Путина как альтернатива политическому ханжеству. Реплика политического циника // Полис. 2006. №2. С.164.

[27] Соловьев А.И. Технологии администрирования: политические резонансы в системе власти современной России // Полис. 2004. №6. С.105-108.

[28] Никонов В. Путинизм // Современная российская политика: Курс лекций / Под ред. В.Никонова. М., 2003. С.37.

[29] Федотов Г.П. Россия и свобода // Судьба и грехи России. СПб., 1992. Т.2. С.284.

[30] Яковлев А.Н. Реформация в России // Общественные науки и современность. 2005. №2. С.13.

[31] О`Доннелл Г. Следует ли слушаться экономистов? //  URL: http://old.russ.ru/journal/predely/97-11-11/o_donn.htm

 К оглавлению спецкурса

На первую страницу

Hosted by uCoz